О, бездна Божьего богатства!
Великолепие Его!
Кто может смелости набраться
и духа хватит у кого
давать Всевышнему советы,
творить земные чертежи
и предлагать Ему проекты?
Вся власть Ему принадлежит!
Ночь.
Дыханье.
Бесконечность.
Нераздельность голосов.
Шепот.
Сад.
Созвездья.
Речка.
Хруст под робостью шагов.
Когда душа уныла и пуста,
и хочется любви обыкновенной,
дай мне искать поддержку у Креста,
а не в людских словах несовершенных.
Когда сердце жжет переживанье,
когда людям рассказать – табу,
обреченный жизнью на молчанье
боль под смехом прячешь как-нибудь,
а душа болит, печет жестоко,
почти адским, ядерным огнем.
Вот в такой момент ты ищешь Бога,
всем своим бессильным существом.
Успокойся в Боге, душа,
ничего не нужно решать.
В гостиной потухший очаг,
свеча восковая дымится...
Из булки раскрошенной мак
на блюдце комочками слипся.
Густая метель за окном,
и чайная чашка пустая
фарфоровым треснутым дном
густую печаль нагоняет.
Когда, тяжелой думой отягченный,
ты вновь вопросы Небу задаешь,
и плачешь над своей судьбой сломленной,
и за грехи последствия несешь,
Забытый праздник Божьего стола
я снова, словно в первый раз, вкушаю.
Как лист сухой в ладони, сокрушаюсь
и каюсь в пепле за свои дела.
Устану от своих чистилищ,
привыкну к боли и замру.
Мне жалобы не ко двору.
Смотрю, мои соседи спились
от безнадеги и тоски.
И мои личные тиски
уже не кажутся тугими.
Качнулась тишь. Остекленели звезды.
Весна так безнадежно временит.
И солнца нет, и крепких нет морозов,
и дождь тоскливо листья теребит.
